Civitas.ru - ресурс гражданского общества

Много месяцев назад, когда погибла Анна Политковская, а всякая мерзкая шушера начала полоскать ее имя, одним из первых «разведчиков» свой «подвиг» совершил Максим Соколов. Накропал статейку, которую и цитировать особо не хочется. Грязь. Поскольку Соколов в редакции не появляется, а свое творчество посылает по электронной почте, я прямо по электронной же почте и отправила ему письмо. Пообещала набить морду при первой же встрече, не смотря на разницу в весовых категориях. И объяснила, кстати, за что. В основном за его шайку, которая погубила мою страну.
Шли дни. Шли они, шли и пришли к юбилею газеты «Известия», ознаменовавшимся торжественным ВИП-приемом. Пришла я, значит, туда во вполне радужном настроении, музыка играет, нарядные люди ходят. Вдруг вижу, ба! Максим Соколов. Первое, чем он меня поразил – росточком. У меня самой метр шестьдесят пять, не модельная длина, а он еще на пол-головы ниже. Бороденка свисает до пупа спутанная, взгляд тусклый. Бить такого – себя не уважать. Да и не хотелось, честно говоря. Потому что хоть я и пассионарий отмороженный, но не могу не понимать, что девяносто лет газете – большой праздник. И присутствующие мне ничего плохого не сделали, чтобы я им его портила. Даже пожалела, что запальчиво пообещала «при первой встрече». Могла бы при второй и третьей, прихватив пятую. Но я в смысле обещаний - сущий герой Вальтера Скотта. Умру за собственную честь.
Ну и я тихо подвалила к персонажу, который стоял как назло с Виталием Игнатенко(пол-беды) и Николаем Сенкевичем. Большая беда, поскольку от начальника Газпром-медиа зависит мое пребывание в газете. Но нам ли, айвенгам, обращать внимание и пр. Впрочем, я и тогда не хотела скандала и мордобоя. Подошла и тихо сказала Соколову на ухо:
- Максим, я Ольга Бакушинская. Морду бить, конечно, не буду. Не цирк. Но говно вы большое.
Дальнейшее, очевидно, не явилось откровением для Максима(ему ли себя не знать?), но меня поразило. Этот гном стал вдруг возбужденно бегать вокруг меня и визжать тонким-претонким голоском:
- И вы, ах, ах, и вы тоже говно, и вы тоже говно!
Потом забился:
- Пошла вон, п…а!
Дальше все как в замедленной съемке. Я понимаю, что будет драка и автоматически смотрю на руки. А руки несвободны. В правой - полный бокал вина. Мгновенная мысль: «Не успею поставить! Что делать?» Автоматический жест, как будто не мой. Следующий кадр – Максим Соколов замер в шоке, а по лицу его течет жидкость, стекает на бороду и дальше по рубашке. А я пошла по своим делам под ужас Игнатенко: «Кто это?» Отвечаю: «Это, Виталий, конь в пальто!»
Одна моя коллега зааплодировала, другая закричала: «Браво!» Некоторые подошли, некоторые немедленно растворились в пространстве. «Отодвинулись от трупа!» - мрачно пошутила я. Максим Соколов утерся, к нему подошел Михаил Леонтьев и утешил: «Вы пострадали за правду!»
Господа, помните известный плакат? Надпись черной икрой по красной «жизнь удалась»? Вот и мне удалась. Даже не смущает, что повторила подвиг Жириновского. А для читателей у меня подарок. Если вас тоже, как и меня, корежит от опусов Максима, теперь читая их, вы можете представить Соколова в вине.
… Но все-таки, господа, каков? В колонках все Плиния-старшего цитирует и по латыни чешет в сторону Путина, а в жизни такой лексикон. Фу! Говно!

26.03.2007

Версия для печати

Обсудить статью (5)

К списку

Наши кнопки